радуга-дуга

Радуга-дуга

литературный сайт Светланы Семёновой (г.Рига, Латвия) для взрослых и детей. Детские стихи и сказки.


Реклама:
Радуга-дуга - главная ›› Интересные материалы ›› Поэтические конкурсы русского зарубежья и литературный процесс. Алексей Ланцов,Финляндия



2 3 

Поэтические конкурсы русского зарубежья и литературный процесс

 

lantsov

 

 

Алексей Ланцов,
член Объединения русскоязычных
литераторов Финляндии

 

 

Развал Советского Союза поставил крест на советской литературе (прежде всего, так называемой «секретарской»), похоронил соцреализм и привёл к распаду Союз писателей. Писатели оказались в новых, некомфортных условиях, на положении «бедных родственников» - без указующих директив ЦК, но и без прежнего материального статуса. Судьбу «властителей дум» в постсоветской России не без горького юмора обрисовал М. Веллер: «Часть русских писателей с наступлением демократической эпохи брезгливо взглянула окрест, умильно - за кордон, и с тем отмежевалась от судьбы народа под западными небесами на западных харчах. Это есть предприимчивая часть.

Другая часть впала в ничтожество с негодующими причитаниями. Как? Почему больше не кормят, не поят, не возят на курорты и не издают собрания сочинений? Не покупают читатели? Пропагандировать, агитировать, всучивать, давать в нагрузку ... .

 

Часть писателей опровергла дарвиновскую теорию происхождения видов, ибо их мама оказалась пиявка, а папа - вьюнок. Ориентируясь автоматически, как стальные опилки в магнитном поле, они пристроились к невесть откуда возникшим фондам, грантам, комиссиям, советам по культуре и министерским агентствам. Они разруливают небогатые денежные потоки бюджетов и спонсоров, тусуются на вручениях премий и получают немножко денег за участие в координационных советах и жюри. Собственно, из этой их деятельности и состоит "литературная жизнь" и "литературный процесс".

 

Малая часть рубит капусту "ножами для выживания" типа мачете. Они лудят боевики, дюдики и дамские повести. Коллеги презирают их жанры и завидуют их тиражам и гонорарам. Но рубить капусту тоже уметь надо, на ужасную дрянь, произведённую большинством детективщиков, особого спроса нет.
Самая престижная часть вращается наверху. Их приглашают на официальные приёмы (хоть иногда), возят за границу на государственный счёт (на нищий, слёзный и позорный культурный наш счёт), они встречаются с писателями и критиками других стран и выступают в ихних университетах и перед нашими эмигрантами. Так.

 

Ещё есть престижная часть - "элитные" авторы "самовыраженческих" и "новаторских" текстов. Или они пишут всё равно что и как про себя любимых - это объявляется художественной прозой "некоммерческого характера" - или впаривают любую ахинею, абы только нарушить какой-нибудь запрет, или обгадить какую-нибудь традицию, или вызвать чью-нибудь глупую, но неравнодушную реакцию критиков ... »[1]. К этой характеристике следует добавить и то, что «инженеры человеческих душ» всю новейшую историю ругаются между собой из-за остатков былой писательской собственности, что Союзы писателей (которых теперь два) наводнены графоманами, а последнее «творческое достижение» литературной братии, о котором пишут и говорят, это борьба за приватизацию государственных дач в Переделкино [2]. Писательское сообщество разделено на кучки и группки, существующие, как правило, вокруг какого-нибудь издания (чаще всего, это толстый журнал), в котором печатаются только свои. И эта ориентация на свой круг повсеместная. Даже в изданиях, призванных давать широкую панораму литературной жизни, вроде «Литературной газеты», писатели, идеологически и эстетически чуждые редакционному начальству, чаще всего не упоминаются, а если и упоминаются, то в негативном контексте. Но это «старая» литературная гвардия, а что молодёжь?

Ситуацию с молодым поэтическим поколением проанализировала Анна Кузнецова в статье «Пир и хор: поколение "ноль"», опубликованной в журнале «Арион» [3]. Основная поэтическая продукция поколения «ноль» «вялотекущий верлибр» (16). «... юноша (девушка), ... освоивший вялотекущий верлибр, получает доступ к особого рода элитарному общению - посиделкам вокруг умнолицых культуртрегеров в "продвинутых" кафе» (20). «Открывая молодёжные сборники, поражаешься прежде всего тому, что преемственность у новых стихотворцев горизонтальная - стихи являются продолжением сетевого или клубного общения. Сплошная коммуникация. Сплошные дружеские послания. Обмен прикольностями, замещающий взаимопонимание в большом контексте поэзии» (22). И вот главный для нас вывод Кузнецовой: «... тусовки, осмысленные как культурная инициатива, становятся регулярными, обретают драматургию, набирают вес и в конце концов претендуют на то, чтобы заменить собой литературный процесс, - похоже, что потребность "литературной Москвы" чем-то его заменить вполне, по-настоящему и угрожающе созрела» (23).

 

Тусовка - лишь одна из форм замещения литературного процесса. В силу того, что связи в тусовке исключительно горизонтальные, форма эта не может быть единственной и, тем более, доминирующей. Литературе нужна вертикаль, иерархия. Эту потребность пытаются удовлетворить многочисленные литературные конкурсы. Установка на формирование с помощью конкурса литературной иерархии теоретически осмыслена и иногда озвучивается «руководящим звеном». Об этом, например, недавно говорила в Москве координатор национальной премии «Дебют» писательница Ольга Славникова. Более того, по её словам, лонг-лист литературной премии - это список рекомендательного чтения, с которым читатель может идти в книжный магазин.

 

В последнее время, с оглядкой на российскую конкурсную жизнь, в русском зарубежье тоже появился целый ряд литературных конкурсов (как правило, поэтических). Познакомимся с некоторыми из них.

Самым крупным литературным конкурсом, охватывающим и поэзию, и прозу, является, без сомнения, конкурс под названием «Русская Премия» [4]. В Положении этого конкурса читаем: «"Русская Премия" - единственная российская премия для русскоязычных писателей зарубежных стран

2 3 

 



Архив новостей