радуга-дуга

Радуга-дуга

литературный сайт Светланы Семёновой (г.Рига, Латвия) для взрослых и детей. Детские стихи и сказки.


Реклама:
Радуга-дуга - главная ›› Интересные материалы ›› Андрей РОМАНОВ. КРАТКОСТЬ НЕ ВСЕГДА СЕСТРА… ИЛИ РАЗГОВОР С МОЛОДЫМИ ПОЭТАМИ ЧЕРЕЗ ТРИДЦАТЬ ЛЕТ.



1 2 3 4 5 6 7 8 9 

И тогда я решил зарабатывать деньги собствен-ной рифмованной продукцией. Тем более что в рекламных газетах оказалось множество предложений типа: «лужу, паяю, стихи сочиняю!»
И я рискнул отослать в «Рекламу-шанс» следующее бесплатное объявление:
Стихи, от которых приходит в экстаз
Красавица с южным сиянием глаз,
Стихи, от которых мужчина готов
Сорваться с цепи и примчаться на зов,
Для папы и мамы, родных и друзей
За вас напишу я, звоните скорей.
И подписался – Андрей…
Первый звонок не замедлил себя ждать.
…Потом, я не раз предлагал членам нашего Союза писателей России подоб-ным образом зарабатывать себе на хлеб. Увы, все отказывались по одной при-чине, дескать, мы не умеем сочинять датские стихи. Я не спрашивал, поче-му… Я внутренне понимал, что подобное занятие, по их личному мнению, ниже их высокопрофессионального достоинства! Но на самом-то деле, они боялись одного: не справиться с написанием рифмованной продукции.
Потому что граждане были не дурнее нас. Они, уточнив, сколько стоит зариф-мованная строка и, убедившись, что лишнего никто за них писать не станет, кроме того, что они сами предложат в прозаической форме, соглашались сде-лать заказ. Диктовался текст. Обозначалась дата юбилея. Договаривались о конкретном дне, когда я должен был отзвониться и зачитать стихи, чтобы уточнить и подправить. Если заказ нужно было сделать к следующему дню, я сразу же назначал двойную цену за строчку. Естественно, что за перлы, типа: «С днем рождения поздравляем, и здоровья вам желаем!», – никто денег по-просту давать бы не стал, и поэтому приходилось сочинять профессиональный стихотворный текст. Потом жизненные обстоятельства переменились; от изго-товления подобной продукции я давным-давно отказался, но с той далекой поры у меня остались два-три состоятельных клиента, которые готовы платить мне весьма большие деньги за профессионально слепленные «датские» по-священия. Послания к юбилейным датам, которые мне приходится переводить в стихотворную форму, порой бывают на четырех и более страницах компью-терного набора. И здесь без высококлассного профессионального мастерства не обойтись.
А повел я весь этот разговор к тому, что 99% стихотворной продукции, выда-ваемой нашими гениями от поэзии, представляет собой не больше не меньше, как «датские стихи», написанные «на тему», да еще к тому же и не самым лучшим образом.
;;;
В. Маяковский был абсолютно прав, когда со всей определенностью заявил, что: «поэзия – вся! – езда в незнаемое»… Обратите внимание, господа моло-дые, на слово «вся!» Владимир Владимирович этим хотел сказать, что как только вы начинаете описывать нечто произошедшее когда-то с вашей двою-родной бабушкой, то читатель немедленно вместо высокой поэзии получает от вас элементарное сочинительство «датских» стихов. И не надо «призывать во свидетели небеса» и всё сваливать на мифическое «вдохновение»! Если уж вы изволили поехать «в незнаемое», поверьте хотя бы, что, вдохновение приска-чет к вам на цырлах через несколько профессионально вылепленных строк, заставит вас решать вневременные задачи, и после написания стихотворения, вы с удовлетворением станете кричать, как когда-то кричал великий поэт: «Ай да Пушкин, ай да сукин сын!»
Опытные прозаики всегда говорят, что герои создаваемых ими произведений живут на протяжении написания романа, повести или рассказа вне зависимо-сти от воли автора. Так почему же в аналогичной ситуации поэтам должно даваться послабление? Стихотворная продукция обязана жить своею жизнью помимо вашего сознания и приоткрываться автору только по ходу высокопро-фессионального сочинительства.
ДЫШАТЬ ПО ЧЕТНЫМ ИЛИ
ПО НЕЧЕТНЫМ?..
Это когда вы пишите поздравления, или посвящения или, осененные «вдохно-вением», рифмуете рассказ «на тему», количество четверостиший у вас может получаться любое. Лишь бы тема была раскрыта, как в школьном сочинении. И не станет играть никакой роли то, что в вашей поделке окажется нечетное количество четверостиший.
Иное дело, когда вы рискнете поехать в незнаемое. Тут весьма важным будет поэтическое дыхание, как по горизонтали, так и по вертикали. По горизонтали мы, вроде как договорились: выбираем трехстопные размеры или, в крайнем случае, пятистопный хорей. А вот по вертикали у вас могут быть проблемы с концевыми двустишиями!
Русское силлабо-тоническое стихосложение предпочитает чётность! Но я уже чувствую заранее, как мои коллеги по перу, – выпускники литературных и кинематографических Вузов, – станут тыкать мне вслед и по поводу выше-приведенного постулата истошно кричать: «Он алгеброй гармонию разъял!», «Образ дивно расчлененный исчезает навсегда!», – и тому подобные благоглу-пости.
Но, во-первых: путь от первой строки до концовки не должен превышать шес-ти четверостиший, иначе и поэта, и его потенциальных читателей станет одо-левать скука и усталость. Во-вторых: так называемую, ударную концовку все-го стихотворения надо готовить исподволь, переводя в разряд ударных (про-межуточно-концевых) две последние строки каждого четного четверостишия.
В-третьих: именно при создании целого стихотворения надо соблюдать некое подобие палиндрома «по теме», что возможно выполнить качественно, лишь применяя механизм «чётности». В противном случае, одно из нечётных четве-ростиший всегда будет казаться вам лишним.
В-четвертых: замечательный русский советский поэт Михаил Дудин объяснял мне, тогдашнему девятикласснику, что цельность стихотворения достигается внутренним и внешним единством поэтических образов. К примеру: если коммунизм – скала, то человек, мечтающий его достичь – альпинист. И тому подобное. Сам Михаил Александрович умел находиться «в теме», причем придерживаясь именно палиндрома.
Смотрите:
«И раструб пионерского горна
Ликовал на зеленой заре»… –
концовка второго (четного) четверостишия, а
И ликует в березовой роще
Пионерского горна раструб». –
заключительные (ударные) строки знаменитого стихотворения «Начиналася юность с примерки…»
КРАТКОСТЬ
НЕ ВСЕГДА СЕСТРА
Порой бывает непонятно, как образом у поэта выскакивают абсолютно гени-альные строки, откуда они берутся? Стихотворные неумехи считают, что всё гениальное – «от Бога». Утверждение – замечательное само по себе, но, как мне кажется, весьма спорное! Господу Богу только и заниматься, что нашеп-тывать грешному пииту нечто такое, от чего у людей во все последующие времена от подобных нашептываний будут наворачиваться слезы на глаза и от удовольствия – урчать в животе…
Долгожитель Г.Р. Державин в поэтических делах соображал весьма неплохо, нагло заявив о себе в четырех ипостасях, – дескать, «Я – царь, я – раб, я – червь, я – Бог!», а на исходе жизни абсолютно четко определился с Пушки-ным, – «вот кто заменит Державина!»
Александра Блока никто не назначал себе в преемники. Писание стихов явля-лось для него естественной потребностью, иначе как бы он накатал к сорока годам такое количество толстенных, рифмованных академических томов. В конце концов, дописался до того, что, овладев всеми премудростями поэзии, забросил гениальное сочинительство. Приведу вам пример того, как практиче-ски из одного и того же теста великий Блок сто лет назад испек два практиче-ски одинаковых по сути стихотворения, являющих собой две ипостаси одного поэта: гениальность и профессионализм. Причем ни то, ни другое стихотворе-ние без профессионального мастерства, о котором я говорил выше, создано быть и не могло.
Давайте сразу договоримся о четверостишии, нарушающем четность построе-ния в каждом из обоих стихотворений. Это, несомненно, – второе. Ведь то, что оно лишнее, видно невооруженным глазом. В одном случае – речь идет исключительно о рекламном кренделе и детском плаче, никакой роли для кон-текста стихотворения не играющих. В другом – о некой «недостижимой заре» и повторяющихся всуе «дачниках».
То, что первое предложенное стихотворение гениально, не сомневается никто! Почему гениально? Да потому что в нем сконцентрирована удивительно про-аллитерированная энергетика практически каждой строки: «По вечерам над ресторанами…», «И правит окриками пьяными …», «Девичий стан, шелками схваченный…», «Дыша духами и туманами…», «И шляпа с траурными перья-ми…», «Ты право, пьяное чудовище!..», – и тому подобное. В этом стихотво-рении обычная «женщина полусвета», спускающаяся ежедневно из заоконного небытия во тьму ресторанных «истин», оказывается богиней, когда-то утра-тившей и «очарованный берег и очарованную даль», – то есть, то самое сокро-вище, без которого ее «синие и бездонные очи не зацветут за темной вуа-лью»…
Но тогда весь ужас окружающего пьяного бреда утрачивает свою всепожи-рающую силу, потому что ключ от сокровища ресторанной богини надежно спрятан в «излучинах души» далеко не сломленного поэта.
Вы можете продолжить мои рассуждения, или пофилософствовать по-своему, – запредельный уровень блоковской «истины» дает возможность ощутить себя сопричастным к самым высоким нравственным идеалам, путь к постиже-нию которых непостижим, тернист и бесконечен.
Другое дело, когда вы соприкоснетесь со вторым стихотворением, созданным два с половиной месяца спустя. Был ли смысл А. Блоку возвращаться и вновь взбираться на уже завоеванную потом и кровью вершину? Вероятно, не бы-ло… Но это его авторское право (продолжение рядом)
НЕЗНАКОМКА
1) По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух

1 2 3 4 5 6 7 8 9 

 



Архив новостей